Как локомотив тянет столько вагонов
Перейти к содержимому

Как локомотив тянет столько вагонов

  • автор:

Кирилл Липа: «ТМХ может сделать любые вагоны и поезда, был бы спрос»

События последнего года заставили многие российские компании развернуть свой взгляд на новые рынки. Крупнейшему производителю подвижного состава для железнодорожного и городского рельсового транспорта "Трансмашхолдингу" (ТМХ) резко менять свои ориентиры на зарубежных рынках не пришлось: холдинг еще несколько лет назад активно стал осваивать Африку. Все подробности в интервью РИА Новости в преддверии форума "Россия-Африка" рассказал гендиректор компании, член Бюро Правления Союза машиностроителей России Кирилл Липа. Беседовала Надежда Фролова.

Форум "Россия — Африка" пройдет в Санкт-Петербурге 27-28 июля. РИА Новости является информационным партнером форума.

– Кирилл Валерьевич, в какую сумму "Трансмашхолдинг" оценивает потенциальные проекты на Африканском континенте?

– Это миллиарды долларов. По нашим внутренним оценкам, общий объем потенциально интересных нам контрактов на африканских рынках в долгосрочной перспективе, то есть до 2050 года, – более 20 миллиардов долларов. Среди наиболее перспективных для ТМХ стран – ЮАР, Египет, Алжир, Марокко, Уганда, Тунис, Нигерия и многие другие. Мы Африку для себя исторически видели в качестве одного из целевых рынков. У нас две точки присутствия – это Египет и Южная Африка. Мы поставляем вагонокомплекты для Египта.

– Насколько знаю, "Трансмашхолдинг" делал какие-то детали в пассажирских вагонах для Египта, исключительно исходя из особенностей этой страны и пожеланий. Что такого особенного было сделано?

– В первую очередь – это санитарно-технический блок, спроектированный в соответствии с местными культурологическими традициями. Это была отдельная наша разработка. Кроме этого, в кузове вагонов применен сплав нержавеющей стали, в подверженных внешнему воздействию узлах использованы влагозащищенные и теплоизолирующие материалы, температура букс колесных пар контролируется при помощи специальных датчиков. Вагоны эксплуатируются как в условиях континентального, так и в условиях прибрежного египетского климата, поэтому предприняты меры адаптации конструкции.

– То есть, вы отдельно разрабатывали всю техническую часть?

– Абсолютно. Такое больше нигде не используется. Я сомневаюсь сильно, что будет использоваться. Также есть свои традиции по тому, как в Египте моется подвижной состав. Они его моют из шланга внутри. То есть поливают водой. Соответственно, в техническое задание, в частности, было вписано требование, чтобы фанера, которая используется на полу, была водостойкая. И там используется такая же фанера, которая используется в кораблестроении. Специальная фанера, пропитанная. Мы ее поливали экспериментально у всех на глазах, засовывали в банку с водой, чтобы все убедились в том, что она не впитывает влагу и, соответственно, может быть вымыта их привычным способом.

– "Трансмашхолдинг" для проекта в Египте специально создавал совместные предприятия с венгерскими партнерами, но из-за сложностей со взаиморасчетами на фоне СВО продал свои доли. Много потеряли в деньгах?

– Много потеряли. Это была символическая оплата, назовем ее так. Мы его продали не потому, что хотели продать или обязаны были продать. Проблема заключалась в том, что отозвали лицензию у местного партнерского банка, и он фактически обанкротился в течение выходных дней.

У нас возникла ситуация, что заблокированы все деньги, которые были на свободных остатках. Все, нет их теперь, они в комплексной массе где-то лежат. И введена процедура конкурсного управления. Раз у нас заблокировали все счета и все деньги, новые открыть мы тоже не можем – просто нельзя никуда перевести деньги, даже если бы мы очень этого хотели. Мы оказались в ситуации, когда у нас предприятие просто должно было через какое-то непродолжительное время обанкротиться, потому что нам надо людям банально платить зарплату. Поэтому мы вынуждены были выйти из капиталов СП.

– Кто выкупил доли?

– Выкупили местные венгерские партнеры.

– Если говорить об иностранных компаниях применительно к России, у "Трансмашхолдинга" акционером был французский Alstom. Он остается так называемым "спящим" акционером и его пакет по-прежнему 20%?

– Да. Он остался, 20%.

– Как решился вопрос с дефицитом колес для пассажирского электровоза ЭП20, который ТМХ раньше выпускал вместе с Alstom?

– На ЭП20 используется специфическое колесо, которое нигде больше не используется. Для Европы оно характерно, но для России – уникально. Это безбандажное колесо, цельнокат. Поставщиком этих колес была одна чешская компания, и она отказалась от поставок.

– Оспаривали остановку поставок?

– Смысла нет на это время тратить. РЖД обратились к российским компаниями с просьбой освоить производство таких колес. В итоге это производство освоили на нашем предприятии в Казахстане.

– Строить ЭП20 будете еще?

– Чтобы собирать – есть проблемы, потому что там тяговая система стоит от Alstom. Он, естественно, все поставки прекратил. Потому что как раз тяговые системы в санкциях.

– То есть, вы полностью прекратите производство ЭП20?

– Следующее поколение пассажирских локомотивов будете делать?

– Будем делать заново. Мы сейчас разрабатываем тяговый привод. Это будет система привода на весь подвижной состав, который мы выпускаем. У нас разработан уникальный российский асинхронный тяговый привод для грузового электровоза 2С5С. Уже получен сертификат. Он полностью сделан вместе с компанией "Горизонт" – это екатеринбургская компания, которая вместе с нами разрабатывала этот привод. Поэтому, у нас нет проблем с этим. У нас был контракт с РЖД на 200 ЭП20 под Олимпиаду. Этот локомотив закупали, чтобы водить двухэтажные поезда из Санкт-Петербурга в Адлер. Поскольку они тяжелые и там пересеченная местность, соответственно, нужен был очень мощный электровоз.

РЖД купили 50 с лишним ЭП20 и постепенно начали сбавлять темпы закупки, поскольку, по всей видимости, нет потребности в этих электровозах. Поэтому, мы не занимались разработкой и русификаций.

– Как будет называться новый полностью российский пассажирский локомотив и когда он появится?

– ЭП40. Будет позже 2024 года, но мы сейчас определяем с РЖД, когда. У нас есть определенная последовательность развития продуктового портфельного ряда. Но я хочу акцентировать, что асинхронный электровоз уже заработан, сертификат на него получен, пилотные экземпляры сделаны и эксплуатируются. Эти локомотивы есть в заказе 2023 года. Поэтому, если РЖД, как заказчик, поставит этот приоритет, значит пассажирский электровоз будет. Не в 2024 году, но в 2025 он точно будет на сети. То есть, сомнений у меня в этом нет никаких. Это вопрос чисто приоритизации задач.

– ТМХ выпускает несколько моделей электропоездов. Можно сказать, что сейчас производятся все полностью российские поезда?

– Можно. Все системы, которые мы используем, они все производятся в России.

– Метрополитен Тбилиси после введения санкций США в отношении вашего завода "Метровагонмаш" заявил, что расторгнет контракт на поставку вагонов? Расторгли?

– Да. Без возврата.

– Но вы хотите обжаловать санкции против "Метровагомаша", которые ввели США.

– Правительство США заявило, что причиной введения санкций является выпуск военной продукции, что не является правдой. То есть, "Метровагонмаш" военную продукцию не выпускает уже много лет. Если быть точным, с 2014 или с 2013 года. Эта деятельность полностью выделена, входит вообще в другой концерн, и к нам не имеет никакого отношения – ни юридического, ни технического. Поэтому, наша дискуссия в этом смысле, с правительством США такая – "просто исправьте ошибку". То есть, вы допустили реальную ошибку, исправьте ее.

– Уже подали документы, чтобы оспорить санкции?

– Сейчас наши специалисты занимаются этим. Все консультации уже ведутся.

– Наряду с импортозамещением "Трансмашхолдинг" занимался развитием новых продуктов?

– Конечно. Мы сейчас работаем над созданием новой платформы пассажирских электропоездов. Раньше они каждый раз разрабатывались заново полностью от и до, но мы поставили себе задачу — создать платформенное решение, которое может быть реализовано либо в виде электропоезда, либо в виде дизельпоезда, либо в виде дизельэлектропоезда. Мы разрабатываем новую платформу с новыми габаритами. Она будет включать в себя технологию push-pull, которая никогда раньше не использовалась в России. Эта технология существует в мире. Суть ее в следующем: в последнем вагоне или первом стоит кабина, которая управляется локомотивом. Соответственно, там находится машинист, то есть локомотив либо тянет, либо толкает, push-pull называется. Поезд может двигаться в любом направлении без перестановки локомотива.

– С этой технологией будут только пригородные поезда?

– Да, пригородные, но они могут использоваться и для дальнего следования.

– Правильно я понимаю, что внутри поезд будет как конструктор? Что закажут, то и поставите?

– Абсолютно верно. В этом и удобство. Мы сможем модифицировать и изменять состав под конкретные условия заказчика без дополнительных разработок. Глобальные компании традиционно разрабатывали продукт, который потом можно было кастомизировать под тендер любой страны. Отсюда, собственно говоря, у нас эта логика с новой платформой. В России было принято по-другому: завод в международных тендерах не участвовал, а участвовал в конкретном тендере РЖД или метро и каждый раз делался новый электропоезд или вагоны метро. Сейчас, поскольку мы вышли на глобальные рынки и пытаемся активно участвовать в тендерах в разных странах, естественно начинаем идти по этому же пути. То есть мы делаем платформу, которая потом является универсальной для кастомизации.

– В каких-то зарубежных тендерах с ней уже участвовали?

– Нет, это пока будет для российской ширины колеи 1520, но базово мы ее делаем и на колею 1435. Кстати, в Африке колея 1435 для пассажирского движения, в Египте. Поэтому наша задача будет сделать ее таким образом, чтобы тележка могла подкатываться и под нашу колею, под 1520, и под 1435.

– В рамках этой новой платформы или, может быть, в уже разработанных электропоездах заказчики не просили создавать вагон только со стоящими местами?

– Нет, но мы можем сделать все, что угодно. Стоящие места делаются проще, чем сидящие.

– Московский метрополитен не просил сделать какой-то отдельный вагон просто со стоячими местами или увеличить количество посадочных мест?

– Вагон метро, допустим, отдельно для велосипедов не просила Москва сделать?

– Какого-то отдельного разговора про это не было. Но еще раз повторю убрать сиденья проще, чем их поставить, потому что сиденье не может располагаться лишь бы как. Человек должен иметь определенную дистанцию, сидеть определенным образом у окна, нельзя посадить человека возле двери. Есть еще требования по проходам и так далее. Просто все это поубирать и сделать места для велосипедистов вообще никаких проблем нет. Скажут – уберем.

– Какие-то совсем новые вагоны обсуждаете с метрополитеном Москвы?

– Есть история 2024 года. Мы договорились с Москвой, что мы должны согласовать и обсудить некие направления технического инновационного развития. Это связано не столько с сиденьями, сколько с другими техническими решениями. Эта работа ведется.

– Туалеты заказчики не хотят поставить в вагоны метро?

– Надо будет – поставим.

– Вы выиграли тендер в Индии на поставку и техобслуживание 120 поездов. Контракт еще не подписан, вы говорили, что есть какие-то сложности. Когда планируете подписать?

– Мы над этим активно работаем. Это не коммерческая тайна, мы находимся в диалоге с властями Индии на эту тему.

– В других тендерах в Индии принимаете участие?

– Мы поучаствовали в тендере на сервисное обслуживание вагонов метро в Дели. И по нашей информации, та заявка, которую подали, с коммерческой точки зрения самая лучшая.

– Вы несколько лет назад, общаясь со студентами, говорили, что у вас детская мечта по строительству туристического вагона с панорамной крышей, чтобы можно было все созерцать.

– Она пока остается детской мечтой. Мы сделали проект по ВИП-вагонам для ВИП-пассажиров для Российских железных дорог. К слову сказать, про туристические и другие подобное вагоны, мое личное мнение, что их рынок как раз может быть не в России, как это не парадоксально, а во всем мире. В Африке, например, он может быть. То есть в принципе мы сейчас смотрим различные сценарии, где и как можно было бы пропагандировать хоть какие-то инновационные продукты, учитывая специфику эксплуатации. Мы оцениваем рынок России в несколько сотен таких вагонов. То есть под него строить масштабное производство смысла нет. Мы закроем всю эту потребность за очень быстро производство будет малоемкое. Поэтому сейчас смотрим именно на синергию с другими странами с тем, чтобы начинать, возможно, какие-то продукты, предлагать их на зарубежные рынки.

– В чем особенность ВИП-вагонов?

– Меньшее количество купе, комната переговоров, кухня и масса других всяких примочек. Но это не только для РЖД, РЖД эксплуатирует их как перевозчик. ВИП-вагонов сейчас немало. Но они делаются индивидуально.

– У ТМХ несколько лет назад не состоялась покупка норвежского завода Bergen Engines. Вы говорили, что этот актив нужен компании для развития сегмента экологичного топлива, в том числе водорода. Нашел ли ТМХ возможности развития этого направления без покупки зарубежных активов?

– Основная наша задача – обеспечить Россию двигателями. Но не только. В частности, развивается партнерство с Росатомом в Африке в рамках меморандума о сотрудничестве, подписанного в ходе АТОМЭКСПО в 2022 году. У нас с Росатомом страны зарубежного присутствия с точки зрения их станций и нашего подвижного состава вообще одни и те же – это Турция, Венгрия, Египет и прочие.

Буквально на днях состоялось довольно значимое событие — мы приступили к реализации контракта по поставке двигателей производства "Коломенского завода" для египетской атомной станции в Эль-Дабаа (El-Dabaa). Сроки поставок – с 2025 по 2027 годы. В рамках проекта мы видим возможности для привлечения локальных поставщиков.

Работа поезда. Локомотив сам тянет вагоны или у них тоже есть тяга? Неужели локомотив может потянуть километр вагонов?

А спроси в строке поиска, про мощность одного двигателя, умножай на количество, и передаточное число редукторов.

Мотор-вагоны только в электричках. А ты наши вагоны (обычные) видел? Платформы, полувагоны, вагоны, цистерны.. . Какой мотор, там сам вагон бы не развалился.

Источник: Служил когда-то в желдорбате.

Создан был "Тепловоз 2ТЭ121 — магистральный, двухсекционный мощностью 2X2942 кВт (2×4000 л. с. ) " в конце социализма, но в связи с тем, что Украина закрылась, они оказались не нужны. Нечего возить. Вместо паровозов ставили на запас на случай войны. Изготовитель — ВЗОР. И 3км тянул, бы.

рекордную длину состава, аж 6.5 км как-то гоняли, ещё в советское время по казахским степям. Тянуло сего змея аж несколько электровозов ВЛ80,и не только в голове, но и в середине состава. 43000 тонн как-никак.

Локомотив сам тянет вагоны.

В электропоездах (электрички) тяговый двигатель имеет примерно половина вагонов. В поездах метро все вагоны тяговые.
Тепловоз, паровоз, электровоз тянет все вагоны сам. Если мощности одного локомотива (до 9 мВт у электровоза ВЛ15.) не хватает на то что бы сдвинуть поезд с места, могут соединять вместе несколько локомотивов. которые управляются из одной кабины. Перед крутыми затяжными подъемами в хвосте прицепляют толкающий локомотив, причем прицепка/отцепка толкающего локомотива может происходить на ходу. Т. е. перед подъемом он догоняет поезд, помогает преодолеть подъем, потом отцепляется и возвращается ждать следующий поезд которому потребуется помощь.
Есть еще такое понятие как сдвоенные поезда. Это когда в хвост одному грузовому поезду прицепляют второй, получается один поезд с локомотивами в голове и в середине. Если локомотивы разнесены по поезду, в каждом сидит машинист и их действия координирует машинист первого локомотива по радиосвязи.

Почему практически бесполезно делать локомотив мощнее

Физика движения локомотива такая: чем он мощнее, тем лучше он трётся о рельс и больше тянет. При этом чем больше вам нужно тянуть, тем тяжелее должен быть локомотив, чтобы не проскальзывать по рельсу. А чем тяжелее он будет, тем больше шансов повредить рельс. В итоге примерно к 2000-м годам вся эта система достигла равновесия: более-менее устаканились ТТХ отечественных локомотивов с учётом ширины колеи и допустимого износа пути.

То есть если нужно тянуть длинный товарняк, используется не более мощный и тяжёлый локомотив, а подцепляются вторая, третья или даже четвёртая секции.

В итоге производство локомотивов из растущего вертикально скачками благодаря НИИ превратилось в эволюционирующее постепенно, выигрывающее несколько процентов то тут, то там. И главные выигрыши сейчас — в экономике, то есть себестоимости и скорости серийного производства.

Давайте покажу завод «Уральские локомотивы» — но не ту часть, где прекрасные Ласточки, а ту, где самый хардкор.

Вот так производство выглядит изнутри. Справа и слева — обрабатывающие центры, сверху — краны, на которых можно перемещать детали дальше.

Производство, мы идём в правую часть. Гламурная левая — для «Ласточек». Справа преимущественно сталь, слева преимущественно алюминий, и материалы стараются не пересекать.

Почему понадобились локомотивы вообще

Так исторически сложилось, что у нас с вами очень большая страна. В качестве кандидатов на логистические пути ещё при царе рассматривались дирижабельные трассы, железная дорога и речные пароходы. Уже тогда железная дорога эффективно обошла речной транспорт, а дирижабли что-то не взлетели. В итоге к концу СССР мы имеем одну из самых крупных в мире железнодорожных систем, от которой очень сильно зависит почти всё в стране.

Дальше с 1993 года по 2003 год парк тяги почти не обновлялся и быстро устаревал и амортизировался. К началу двухтысячных стало понятно, что объём перевозки грузов будет снова расти. Понадобилось много новых тепловозов и электровозов. Электровозы были нужны больше, поскольку их системный экономический КПД был выше. При этом у нас на тот момент было два стандарта электрификации — на переменном и постоянном токе. Постоянный достался нам ещё от царя (но в прод вошёл в СССР), а переменный — более современный стандарт. На переменном токе контактная сеть 25 кВ, а ток небольшой очень. На постоянном всё наоборот – 3 кВ, но при этом токи очень большие, поэтому частые пережоги проводов. Но, очевидно, перекладывать старую электрификацию — почти космическая программа.

Первые электрифицированные участки начали появляться примерно в 1926 году. Была электричка под Баку, там электрификация была 1,2 кВ. Переменный ток появился в середине 50-х. Первые электровозы купили во Франции. Появился Н60 (ВЛ60) на ртутных выпрямителях. Из-за паров ртути было много проблем со здоровьем машинистов — это, в частности, к вопросу безопасности и эргономики рабочего места. Потом уже появились более современные выпрямители — ВЛ60К с «К» в конце, потому что кремниевые.

В СССР электровозы переменного тока делал Новочеркасский электровозостроительный завод, а для постоянного тока — Тбилисский завод. На 2003 год Новочеркасск был жив, а Тбилисский завод, скорее, нет. То есть они брали разовые заказы, выпускали локомотивы старых серий и вообще не входили в состав нашей страны.

В 2003 году понадобился новый завод, и его основали под Екатеринбургом, в Верхней Пышме. Напомню, Екатеринбург — это город-завод, куда в ВОВ эвакуировали очень много тяжелого производства из Москвы. Почти полный цикл производства материалов и компонентов рядом был — ну, если не считать таких штук типа электродвигателя или его прошивки, которые довольно тяжело отлить на оборудовании времён ВОВ. Позже «Группа Синара» и «Сименс» заключат союз, и у нас будет локализовано производство наиболее наукоёмких частей для разных поездов. Так старый завод сварных машиностроительных конструкций стал «Уральскими локомотивами».

Модификация ВЛ11

Первые заказы были на модификацию 30 старых добрых рабочих лошадок ВЛ11. В первую очередь туда были нужны новые микропроцессорные системы управления, плюс раз уж всё разбирали — несколько пропатчили кабину, чтобы она была комфортнее и соответствовала новым нормам труда. Тогда в 1998 году впервые для России и стран СНГ возникли нормы безопасности для сертификации подвижного состава. Кто-то понял, что замерзающий скрюченный машинист не в полной мере может сосредоточиться на работе, и появились требования по микроклимату и основным эргономическим параметрам рабочего места. В смысле, не то, чтобы всё было так плохо, но стало удобнее, просторнее, и локомотивы стали испытывать для диапазона температур +50 и -50 не только в плане «узлы не отказывают».

Фрагмент кабины ВЛ11 из музея железных дорог Екатеринбурга

Более современная кабина 2ЭС6

Гораздо важнее, что стояла задача набраться опыта модернизации ВЛ11 и разработать электровоз переходного периода. Стратегия РЖД подразумевала, что сначала будет выпущена некая времянка, которая закроет острую потребность в тяге, а потом уже придут перфекционисты и сделают нормальный электровоз. Поскольку в развитии РЖД работают здравые люди, и у них есть огромный НИИ для оценки долговременных параметров, уже тогда подозревали, что времянка будет постоянной, и поэтому хотели собрать все шишки как можно раньше на ВЛ.

Самое важное — локомотивы переходного периода всё ещё были с коллекторными тяговыми двигателями (следующее поколение поменяет движки), но уже с интегрированной микропроцессорной системой управления.

Локомотивы переходного периода 2ЭС6

На локомотив накатили все мелкие патчи, которые копились примерно последние полвека.

Увеличили комфорт локомотивной бригады.

Выросла сила и мощность — в первую очередь сила тяги. В локомотиве вообще главное не мощность, а его способность что-то за собой тащить (где что-то — это грузовые вагоны).

Появилась система самодиагностики и вообще куча микросхем площадью менее 1 квадратного метра. Это же изменило парадигму управления. Если раньше электровоз в плане устранения неисправностей в пути был похож на беготню с перемычками, которыми надо было отсекать участки цепей, то теперь он стал программно-управляемым, то есть машинист мог сделать всё с пульта.

Сейчас в производстве трёхсекционная «Синара» (2ЭС6). Одну секцию на практике никто не эксплуатирует, потому что для разворота нужен круг, а у нас в стандарте почти везде тупики, то есть нужно иметь кабину спереди и кабину сзади. Сцепка из двух секций даёт нужную силу тяги и возможность ездить в обе стороны. Если нужно больше тяги — в середину ставят третью бустерную секцию. Она принципиально такая же, как две другие, просто без кабины. Например, такие сцепки используются на Кузбассе для перевозки угля — для поездов до 12 тысяч тонн. Как правило, бустерную секцию из сцепки не вынимают, а просто эксплуатируют всё это вместе как один объект. Для самых тяжёлых участков используется две бустерные секции внутри, получается «квадрат» — четырёхсекционный электровоз.

И ещё из очень важного — к этому моменту уже улучшились материалы, и можно было переделать много узлов под новый сопромат. Появились новые стали, которые могли держать гораздо большую нагрузку большее время. А это дало возможность улучшить почти всё: и обычное поведение, и поведение в кривых, и во время набора и сброса тяги, и реакцию на удары от неровностей путей. Самое важное — усталостная прочность стали, по ней в сфере закладывается двойной запас.

Тележка для 2ЭС6

Ну и кое-что поменялось в самой архитектуре узлов. Если на Свердловской железной дороге у ВЛ11 бандаж надо менять на колесе и на колесной паре каждые 350 тысяч километров, то на 2ЭС6 надо менять его каждые 500 тысяч километров. Хотя бандаж там стоит тот же самый — но из-за особенностей устройства лучше вписывается в кривые. Те же листовые рессоры заменены на более сложные, двигающиеся не только вверх-вниз, но и по горизонтали.

2ЭС6 выпущено 1155 штук, и они вполне нормально эксплуатируются на железных дорогах по всей стране.

Вот так трёхсекционка выглядит сверху:

А это охлаждение:

Вот таблички ждут своего часа:

Конечно, я не удержался и заглянул в вентилятор:

Сварка аккуратная, потому что её делает робот. Красноватые метки — это приходил контроль качества и нанёс свой раствор.

А вот портрет робота-сварщика:

Рядом с ним работают и обычные мужики:

2ЭС10 «Гранит»

Следующее поколение — 2ЭС7 и 2ЭС10. 2 — это две секции (может быть и больше), ЭС — электровоз секционный, 6, 7 и 10 — тип. Художественное название получили тип 6 двухсекционный электрический – «Синара», и тип 10 двухсекционный электрический — «Гранит».

«Гранит» получился очень крутым на тот момент. Потому что он упёрся уже не в конструкционные особенности и недостаток технологий, а в те самые физические пределы по рельсам и ширине колеи.

Музейный экспонат: чем может кончиться излишняя нагрузка на головку рельса

В итоге как раз «Гранит» максимально соответствует задаче «перевозить максимум грузов минимумом единиц тяги». Плюс его можно было производить много, очень много — сейчас завод готов делать до 320 секций в год, то есть если делать только двухсекционки — 160 локомотивов в год. На конец весны произведён 171 «Гранит» и 12 2ЭС7.

К сожалению, для гордости патриотов это некоторый удар: главная наукоёмкая часть разработки как ЭС10, так и ЭС7 — это асинхронные приводы, которые привнёс «Сименс». Правда, собираются они сейчас уже в России в Санкт-Петербурге.

Асинхронные приводы дали более плавное регулирование тяги, чем приводы с независимым возбуждением (а они регулировались плавнее приводов первых поколений). Микропроцессорное регулирование дало возможность лучше работать с тягой — и это тоже сыграло на основную задачу. Там, где двухсекционный ВЛ11 везёт в номинале 4 тысячи тонн, новый может взять 5,5 тысяч тонн (у электровоза с приводом независимого возбуждения тяговых двигателей сила тяги лучше там реализуется, чем у обычного электровоза примерно на 12-14%, а у асинхронного выигрыш ещё до 12%). Разместить в тележке коллекторные движки больше чем 800-850 кВт не получается из-за текущих изоляционных материалов. На 2ЭС6 двигатель уже был мощностью 810 кВт, и дальнейшее развитие лежало уже только через асинхронный привод. 2ЭС6 — 5,5 тонн масс движка на 810 кВт, 2ЭС10 — примерно 4 тонны на 1050 кВт.

Схема расположения оборудования в 2ЭС10, изображение предоставлено пресс-службой «Уральских локомотивов»

Электродвигатель «Ласточки», просто оцените размер

Конечно, можно пойти и по другому пути — маневрировать количеством секций (сейчас дополнительные подцепляют на подъёмах) или же модернизировать сам путь, либо расширяя колею, либо меняя стали головки рельса. Но это, как вы понимаете, скорее, из области фантастики.

Ещё по мере прогресса электровозов менялось торможение — рекуперация, более точное управление. Это влияет на техническую скорость: пневматическое торможение вообще-то не даёт такую фичу как «сбросить скорость на 5 км/ч». Практика была такая: идёте вы на 80 километров в час, применяете торможение и через 7-8 минут едете уже 40. А вот задачи уровня «ехать с точно заданной скоростью через N минут» или «удерживать фиксированную скорость на спуске» решались очень примерно. Точное их решение даёт возможность выбирать оптимальные варианты движения — то есть экономить энергию.

Поменялось охлаждение. Более мощные машины потребовали индивидуальных вентиляторов на каждую тележку. В следующем поколении и на каждый двигатель вентилятор будет свой.

У коллекторных электровозов (2ЭС6) интервал между техобслуживаниями не очень большой, а у асинхронных в силу другой архитектуры обслуживание не через сутки происходит, а через 96-120 часов.

Ещё немного про завод

Вот примерно так выглядит сборка деталей локомотивов:

Отдельный центр обработки:

Завод создавался не по «советской» схеме полного цикла, а по европейской (или по довоенной московской), когда, например, то же литьё делается там, где с ним уже работают. То есть приезжает довольно много деталей высокой степени готовности. То, что критично для изделия, — изготавливается на месте, остальное дособирается. То есть если на ТВЗ оказалось проще собирать мебель для вагонов внутри комплекса, то тут те же электрошкафы приезжают готовыми.

Преобразователи собственных нужд для 2ЭС6

Из последних приобретений завода — новая покрасочная линия для крупных элементов. Вообще, окраска тут совершенно особенная, потому что наносится два слоя грунта и поронаполнитель, а только потом основной слой. До окраски элемент обрабатывается в дробеструйной камере. В комплексе 2 камеры для мелких деталей, 3 камеры для крупных узлов (рам тележек), моечная камера. До секции стоит дробеметная установка и дробеструйка, после — сушильная камера.

Если на всём заводе элементы и материалы двигаются кранами или перевозятся на погрузчиках, то в покрасочной линии есть своя транспортная система — элемент один раз подвешивается и едет до последнего. В старых камерах надо было двигать всё вручную.

Вот ручная окраска сложных участков. Краски используются водорастворимые.

Контроль качества

Качество контролируется по IRIS (ISO/TS 22163). Как обычно — входной контроль поставок, сквозной контроль (каждый следующий обрабатывающий центр — внутренний заказчик с требованиями по приёмке) и приёмочные испытания. Внутренний контроль автоматизируется, где можно — например, геометрия колёсных пар замеряется роботом с лазером (Calipri). На электрической пусконаладке стоит «Адаптроник» NT 850. Её мы в это посещение лично не видели, но вот цитата из описания: «В программу системы вносятся все электрические схемы, на основании которых подключенный к вагону NT 850, проводит проверку каждой схемы, каждого соединения во всех узлах вагона».

Всё то, что можно контролировать неразрушающими методами (магнитопорошковый для поиска дефектов поверхностей, ультразвуковой для поиска дефектов внутри, вихретоковой для поиска дефектов структуры металла + рентген + капиллярный метод) — контролируется ими. Часть продукции выборочно контролируется разрушающими методами — то есть выбирается случайная деталь, случайный кусок материала или другой элемент из потока и относится посмотреть прочность на растяжение, на химические анализы, макрошлифование сварных швов и так далее.

Вот лежат оси, ждут контроля качества. Это оси электровоза, их очень легко отличить от осей «Ласточек»

Оси «Ласточек». Все оси проверяют на комплексе «ГЕОМЕТРИКС-О» — робот берёт ось, качает ей, крутит — и на основе нагрузок на разные датчики ищет геометрические дефекты.

Куда двигаться дальше

К концу года должен появиться новый электровоз 2ЭС6А с асинхронным приводом. Причём отечественного производства. И это базовая платформа для целой линейки машин.

Конечно, завод идёт по пути локализации. И пандемия, и вообще последние экономические события заставляют где-то просто экономически стимулировать отечественных производителей, где-то учить и помогать поставить какие-то процессы — но те, кто способен конкурировать с европейскими поставщиками, подключаются к программе поставок. И, конечно, системно выгодно, чтобы таких было больше.

Гораздо больше сосредоточено не в изменении изделия, а на производстве. За последние годы сильно снизилась себестоимость проектирования, например. Если раньше конструкторский коллектив состоял из нескольких тысяч человек, которые упирались по производительности в бутылочное горлышко бумажного чертежа и калькулятора, то сейчас ту же работу могут делать 120 человек, имеющих нормальный софт. Примерно похожий процесс произошёл с технологами, которые могут сразу же проектировать ТЗ для обрабатывающих центров и выгружать на станки параметры. Для примера на Новочеркасском заводе во времена его расцвета работало около 14 тысяч человек, и выпускал он тот же порядок электровозов по количеству в год. На «Уральских локомотивах» же работает 3917 человек (на апрель 2021). То же примерно количество локомотивов плюс «Ласточки» (всего выпущено 1338 электровозов на начало июня и 193 «Ласточки», там в том числе пятивагонные, семивагонные и десятивагонные). Да, понятно, что это другие инвестиции в оборудование и автоматизацию, но итоговый выигрыш всё равно ощутимый.

С нами сегодня был Виталий Брексон, первый заместитель генерального директора по технической политике.

Почему поезд сдает назад перед тем как поехать вперед?? ⁠ ⁠

Если машинист локомотива попытается сразу резко начать движение поезда вперед, когда сцепки вагонов натянуты, то может оказаться, что он не сдвинется с места, так как суммарная сила трения покоя, действующая со стороны рельс на все колеса состава, превысит силу скольжения ведущих колес локомотива, создаваемую осями и имеющую противоположное направление. Поэтому, вначале необходимо подать поезд назад, ослабив тем самым натяжение сцепок, и ,только после этого, приводить в движение вагоны последовательно, один за другим, а, затем, также поочередно, начинать их движение вперед.

10 лет назад
Этож самый волнующий вопрос в моем детстве был, ну или почти самый волнующий. Спасибо автору.
раскрыть ветку
10 лет назад

Это ты эту херню прочитал из "ответов"?))) Никто никуда назад не сдаёт. Как ты себе это представляешь: реверс "туда-сюда"? Просто при отпуске тормозов, свободный ход в сцепках создаёт иллюзию движения вагонов в разных направлениях. Это только в том случае, если во время стоянки торомозная система УЖЕ не стравливалась.

раскрыть ветку
10 лет назад
Спасибо за информацию
P.S Теги доставили.
10 лет назад

Если уж смотреть на этот процесс с твоей точки зрения, то подумай вот о чем: а что, если сцепки не натянуты,а полностью прижаты? Тогда уж назад он нифига не сдвинется, зато сразу бы смог легко вперед поехать.
И вообще, твоя теория — бред. Я тебе как железнодорожник говорю

раскрыть ветку
10 лет назад

Что за глупость никто не куда не сдает!А все элементарно есть понятие спуск и подъем то есть поезд встал на подъеме и при позднем наборе позиций и раннем отпуске автотормозов происходит скатывание (сжатие поезда) а после того когда набираешь позиции он начинает растягиваться (реакция в поезде)!А песок локомотиву нужен для того что в сырую погоду обеспечить лучшее сцепление колеса с рельсом и исключить буксование на подъемах или при торможении обеспечить наименьший тормозной путь!

Похожие посты
17 дней назад

История про украденный в поезде телефон. и человечность⁠ ⁠

Поздний вечер, Ростов-Главный, подхожу к своему купе, а там суета. Тётка причитает, полицейский, проводник, ещё проводник. Вообщем, кидаю вещи на полку и выхожу в коридор. По обрывкам разговора узнаю, что у женщины из моего купе украли смартфон "двое парней, которые только что вышли, никогда бы не подумала, просто на столе оставила заряжаться". Толпа через какое-то время рассасывается, поезд трогается, я заправляю постель, выхожу в коридор — в купе спит дочка потерпевшей, лет 4-5. Правда, что у матери, что у дочери подушки к двери лежат (у них нижние полки) — чётко в том месте, где находятся ступеньки для взлёта на второй ярус. Из окна не дует. Отмечаю, чтобы в темноте потом не наступить — и выхожу.

Тётка в коридоре, там же проводник. Женщина причитает, проводник внимает, уточняет. Тут надо отметить — есть типаж людей, которые инстинктивно сразу не нравятся. Грузность, дряблость, озлобленность, наглость, ограниченность в словах и мыслях. Но, в конце концов, у неё ж телефон украли, я в подобной ситуации тоже не был бы излишне благорасположен..)) Впрочем, предчувствие меня не обмануло, и дело не в сложившейся ситуации.

Проводник уходит, причитания переходят на ближайшее существо — меня. Вежливо киваю головой, мол, да, беда, а смотрели в купе? Может, завалился в щель между койкой и стеной? На меня смотрят, как на дурачка — "Я всё тут облазила". Ещё порция причитаний в пространство — и банковские приложения там, и озон, и на телефоне блокировка экрана не стоит (!), и фотографии. Стараясь не грузить (женщина выглядит не обременённой знаниями современных технологий) и не навязываться (ведь для неё, по её виду, сейчас все вокруг — враги), говорю: "У меня на Samsung есть функция поиска и удалённой блокировки смартфона, такая же наверняка есть у вас. Какой у вас смартфон?" Уточняю, потому что я ни разу не делал так с iOS устройствами, могло понадобится больше времени. "Мне на нравятся самсунги" — произнесла женщина гордо-брезгливым тоном владельца iPhone 28 Pro Max 50 TB Midnight Blue и ушла.

Но это не конец) Я остался в коридоре, разговорился с соседом. Через полчаса открывается дверь, потерпевшая:
"Вы говорили, можно найти? А как? А расскажите? У меня вот телефон дочери есть"
Пришёл начальник поезда, пришёл проводник. Беру у неё смартфон, старенький Xiaomi, уточняю детали. Утерянный телефон тоже работает на андроид, и, внезапно, она помнит данные Google аккаунта. Захожу через браузер в учётку, дальше безопасность, и "Ваши устройства". Вижу, что смартфон последний раз был в сети в районе вокзала. Показываю — и просто для очистки совести нажимаю "позвонить на телефон".

Вот серьезно, с учётом количества привлечённых людей и состояния тётки, я был уверен, что смогу лишь удалённо заблокировать смартфон, либо определить его примерное положение на карте. Но звонок раздался в купе! Видимо, тётя уронила его в щель между полкой и стеной, потом, когда искала, многократно поднимала и опускала нижнюю полку. Своими действиями она в мелкую крошку раздробила экран — но смартфон всё ещё функционирует, никто её данные не украдёт, а замена экрана не будет очень дорогой (т.к. это оказался какой-то Texet-подобный выкидыш). Всё это я ей и объяснил, чтобы она успокоилась. У проводника глаза шары (через какое-то время он попросил ему рассказать, как это делается), начальник поезда наверняка мысленно выдохнул и сплюнул. Реакция женщины — ни спасибо, ни улыбки — "так, у меня тут вообще-то дочка заснуть пытается".

Что тут добавить. Я помог, просто потому что имел такую возможность, не ради особого отношения или денежного вознаграждения. Но реакция женщины, отсутствие элементарного "спасибо" меня неожиданно сильно удивила. Зато суета в купе успокоилась, а двое прежних пассажиров не получат приглашение явится в участок.

UPD:

Судя по некоторым комментариям, требуется объяснение работы функции поиска и прозвона смартфона через Google. Подробнее здесь 》#comment_301041108

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *